Кабалоев Билар Емазаевич

 

      Кабалоев Билар Емазаевич

Билар Емазаевич Кабалоев – выдающийся советский партийный и государственный деятель, сын братских народов Кабардино-Балкарии и Осетии, сделавший все возможное для сближения двух республик – Кабардино-Балкарии и Осетии. В 1951-1952 годах работал секретарем Кабардино-Балкарского обкома КПСС, в 1952-1961 годах был секретарем, а с 1961 по 1982 год – первым секретарем Северо-Осетинского обкома КПСС.

 Билар Емазаевич родился 11 (24 ноября по старому стилю) ноября 1917 года в селе Старый Лескен Терской области. Был членом КПСС с 1940 года.

Он окончил Нальчикское педагогическое училище, затем в 1939 году - исторический факультет Московского педагогического института и в 1948 году - заочное отделение Высшей партийной школы при ЦК ВКП(б).

В 1939-1942 годах Билар Емазаевич был преподавателем, секретарем комитета ВКП(б) Кабардино-Балкарского педагогического института. Затем был переведен в аппарат Кабардино-Балкарского обкома партии, работа там лектором. Вовремя оккупации Кабардино-Балкарии немецко-фашистскими захватчиками работал в Северо-Осетинском областном комитете ВКП(б).

В 1943-1944 годах он - заместитель заведующего отделом пропаганды и агитации Кабардино-Балкарского областного комитета ВКП(б), а в 1944-1951 годах был первым секретарем Кабардинского областного комитета ВЛКСМ.

В 1951 году Билар Емазаевич снова был переведен на партийную работу, когда был избран секретарем Кабардинского областного комитета ВКП(б). Он ведал вопросами пропаганды и агитации и запомнился, как вдумчивый и инициативный политик. В 1952 году Б.Е. Кабалоев переведен секретарем Северо-Осетинского областного комитета ВКП(б) – КПСС, а с 1961 года находился на несравненно более сложном и ответственном участке работы - в должности первого секретаря Северо-Осетинского областного комитета КПСС. Этот пост он занимал до 1982 года и за этот период Северная Осетия развивалась высокими темпами.

Оценка его деятельности на посту руководителя республики в Осетии пестрит разнообразием, как это обычно бывает, когда человек продолжительной время занимает высокое положение в обществе.

Главным достижениям Билара Кабалоева считают инициативу, и продвижение идеи построения Транскавказской автомагистрали. Наряду с этим люди помнят, что при нем открыли аэропорт Владикавказ в городе Беслан, при нем открыли музыкальный оперный театр, чем не могут похвастать многие крупные города. При нем ввели в строй огромное здание Дворца детского творчества (ранее дворца Пионеров) и Спортивный дворец Манеж, заметно улучшилось финансирование и государственная поддержка местных композиторов, деятелей культуры, была открыта Северо-Кавказская киностудия. Произошел расцвет экономики республики, заработали десятки новых производств.

За время работы в республике постепенно вырабатывался свой кабалоевский стиль управления, являющийся и для нынешних управленцев планкой, к которой надо стремиться. Вот, скажем, взаимоотношения с редакциями газет. Мои коллеги из Осетии рассказывали о том, что он внимательно изучал прессу. От его взора, говорили, не ускользали ни стилистические погрешности, ни поверхностность материалов, «мелкотемье», которым, бывало, грешили наши братья по перу. Свои отношения с журналистами он выстраивал на основе доверительности и уважения, которого, кстати, всегда не хватало у высшего руководства Кабардино-Балкарии. Однако, это не исключало и строгой требовательности за просчеты. Он требовал, чтобы критические выступления в газетах выносились на заседания бюро обкома или секретариата. И что характерно, всегда делались выводы. Это, безусловно, способствовало улучшению дел и подъему авторитета журналистов.

Говоря о его стиле работы, следует подчеркнуть, что на переднем крае его забот всегда было общее, общественное. Никто никогда не видел или не слышал, чтобы он свое личное или проблемы родственников ставил во главу угла. Наоборот, с родственников спрос у него был особенный. Член Общественной палаты России Вячеслав Лагкуев мне рассказывал случай, когда до Билара Емазаевича дошли разговоры, что один его родственник в Эльхотово промышляет гаданием. Пригласив к себе, он предупредил его о недопустимости таких деяний, но тот решил ослушаться первого секретаря – не понял, что тот для него делает. В результате своей недальновидности ему пришлось отсидеть четыре года.

Раздумывая над феноменом Билара Емазаевича, я пришел к выводу, именно его личные качества стали движущей силой в развитии Северной Осетии в те годы. Его целеустремленность, как руководителя республики, постоянная неудовлетворенность достигнутым были основными чертами характера этого настоящего лидера своего народа.

Умение убеждать было также одним из основных качеств Билара Емазаевича. Партия требовала освоения тонкостей административного ресурса. Билар Емазаевич постигал их. И добивался намеченного. И множил вехи, которые нужны были Осетии. Чтобы жить лучше, работать с большим интересом, видеть и знать больше.

От требовательного взгляда Билара Емазаевича никогда ничего не ускользало. Всегда вовремя мог спросить с каждого за порученное им задание.

В истории Осетии Кабалоев остаётся навсегда как личность, как государственный деятель, как сын своего народа. Народ его ценит и любит. Его слово было весомо в Осетии до конца его жизни. Часто к Кабалоеву обращались за советом и руководство Осетии и другие современные управленцы. Данный им совет всегда был значим и предложения, которые он вносил, – достойны внимания.

Билар Емазаевич Кабалоев избирался депутатом Верховного Совета СССР пяти созывов. Избирался депутатом Верховного Совета Кабардино-Балкарской АССР, Северо-Осетинской АССР. На ХХУ1 съезде КПСС избирался членом Центральной ревизионной комиссии, в состав ЦК КПСС.

С 1961 по 1981 годы под руководством Билара Кабалоева в Северной Осетии было сделано многое, что и сейчас играет важную роль в жизни республики: Построены новые крупные предприятия, аэропорт, учреждения образования и культуры, спортивные сооружения, учреждена премия классика осетинской литературы и общественной мысли Коста Хетагурова, впервые издано академическое собрание его сочинений. Но, пожалуй, самая главная веха - строительство Транскавказской автомагистрали, чего Кабалоев неустанно добивался в Центральном Комитете партии и в Совете Министров СССР.

Идею осуществления строительства Транскама Билар Кабалоев вынашивал много лет. Гораздо больше возможностей появилось в 1961 году, когда Билар Кабалоев стал первым секретарём Северо-Осетинского обкома партии. Он стал пробивать в высших государственных инстанциях вопрос строительства дороги через Большой Кавказ.

Начали с того, что Ленинградскому проектному институту «Ленгипротранс» было поручено определить наилучший вариант строительства Кавказской перевальной дороги. Рассматривались три варианта: по Крестовому, Рокскому и Мамисонскому перевалам. Наилучшим было признано Рокское направление, по которому было создано проектное задание. Подобное заключение не устраивало руководство Грузии, которое настаивало на любом другом варианте кроме Рокского, поскольку уже тогда опасались взаимного тяготения Северной и Южной Осетий.

Осетия до Транскама и после него - две большие разницы во всех смыслах: экономическом, политическом, военном, даже идеологическом. Рим оставил после себя свое право и дороги; сама эта расхожая фраза указывает на важность дорог не только в плане инфраструктуры, но и в отношении геополитики. Транскам обладает звучным названием, в полной мере отражающем ее важность в регионе. И тем значимее для осетин то, что по сути своей это внутренняя осетинская дорога.

Трудность «пробивания» вопроса заключалась в том, что по ту сторону условной линии фронта находились первые среди равных в дружной советской семье народов - грузины. Идея дороги, позволяющей в принципе объединить Осетию, у них ничего кроме головной боли не вызывала. Задача у них стояла такая же понятная - не допустить строительства дороги любой ценой.

Вообще Билар, конечно, не был не первым, который хотел строительства подобной магистрали. Идея возникла еще во второй половине 19 века, проводились топографические и инженерные работы по возможным вариантам будущей трассы. Но тогда грузины легко гасили все подобные порывы при помощи кавказских наместников, которые управляли вверенной им территорией из Тифлиса.

В декабре 1917 года Юго-Осетинский национальный Совет по решению II съезда делегатов Южной Осетии поручил Рутену Гаглоеву, Николаю Кудухову и Иналу Собиеву изыскать средства для строительства перевалочной дороги через Рокский перевал. Инал Собиев получил средства в Батуми и вывез в Южную Осетию в четырёх вагонах 1000 пудов динамита, 850 пудов скального пороха, 700 пудов английской стали для буров и различные строительные инструменты. Для работы были наняты несколько сот китайцев-строителей. В районе села Хвце со стороны Грузии были начаты строительные работы, которые были прекращены с приходом к власти грузинских меньшевиков. Во второй половине 1920-х годов Рутен Гаглоев написал новый проект Рокской дороги и в 1930-е годы приступил к её строительству, которое было прекращено с началом Великой Отечественной войны. Гаглоева же в 1937 году расстреляли. Чуть позже за дело взялся первый секретарь обкома Северной Осетии В.М. Агкацев. Вопрос даже прорабатывался в Госплане и Министерстве автомобильных дорог РСФСР. Но грузинское лоббисты все усилия сводили на «нет», пока за дело не взялся Билар.

Нужно сразу отметить, что принципиальным моментом для осетинских руководителей был маршрут трассы: он должен был проходить через Рокский перевал. Этому всячески противодействовали грузины, которые всеми силами доказывали якобы абсурдность этого варианта. Всего альтернатив было предложено шесть, включая реконструкцию Военно-грузинской дороги, использование Мамисона и т.п. В каждом из них дорога выходила во внутренние районы Грузии. Но специалисты, проанализировав все варианты с экономической и технической точек зрения, пришли к однозначному выводу: строить нужно через Рокский. Это была первая мини-победа Кабалоева.

Она, собственно говоря, ничего грандиозного не значила, потому что решение о проекте такого масштаба принималось непосредственно на самом верху СССР. Билар Емазаевич пробивал вопрос дороги 10 лет. Грузины 10 лет тормозили принятие решения, используя все свои возможности. К делу подключился Исса Плиев. В 1964 году на празднование 40-летия СОАССР во Владикавказ приехал Хрущев, что тоже было использовано Кабалоевым. Одновременно против выступали Министерство автомобильных дорог ГССР, ЦК Компартии ГССР и даже их Академия наук. Противостояние было, судя по всему, крайне острым. Тем не менее, Билар Емазаевич умело воспользовался слабой активностью во властных структурах руководства Грузинской СССР, и использовал все свое влияние и возможные методы для начала строительства автомагистрали. Таким образом благодаря неиссякаемой энергии, организаторским способностям и мудрости Билару Емазаевичу удалось поставить точку в решении строительства перевальной дороги из Северной в Южную Осетию. Важность строительства данной магистрали до конца понятным стало только в последние годы – после того, как отношения России и Грузии обострились, и Южная Осетия объявила свою самостоятельность. Ни о каком самоопределении республики не могла бы идти речь, если бы не было Транскама. И это еще раз возвращает нас к политической дальнозоркости светлой памяти Билара Емазаевича Кабалоева.

Теперь известно, что окончательную точку в вопросе поставил Министр обороны СССР, прославленный маршал Малиновский, которого Билар сумел убедить в необходимости строительства Транскама. Помимо него, «за» высказались руководители Госстроя, Госплана и Министерства транспортного строительства СССР. Брежнев не пошел на поводу у грузин, разумно рассудив, что из-за возражений даже самой привилегированной республики закрывать глаза на мнение всех остальных нельзя. Напор осетин, длившийся десятилетия и достигший апогея при Кабалоеве, наконец, принес результаты. После 10-летних усилий Билар с единомышленниками все-таки сломал ГССР в отдельно взятом вопросе. Важную роль в этом сыграло и то, что он почувствовал ослабление позиций первого секретаря грузинского обкома Мжаванадзе и резко активизировался именно в нужный момент. Мудрость лидера как раз и проявляется в том, чтобы он умеет просчитывать свои ходы и возможные реакции на них.

Строить начали только в 1975 году, закончили в 1986, несмотря на явный саботаж со стороны грузин в лице «Грузтоннельметростроя». Руководитель данной организации по фамилии Гоциридзе даже умудрился на деньги, заложенные в смету строительства на завод железобетонных конструкций, построить какой-то другой завод. В конце концов, пробили и этот вопрос, по предложению начальника "Севосетинавтодора" Теблоева строительство разведочно-вентиляционного тоннеля передали этой организации, и процесс пошел.

Как и у всех крупных руководителей, у Билара Емазаевича было немало врагов, завистников. С данным предметом хорошо знаком депутат Парламента Кабардино-Балкарии Владимир Кебеков, который постоянно поддерживал тесную связь с Б.Е. Кабалоевым. Однако, мы не будем здесь тратить на них книжную площадь. Факт остается фактом: в конце концов они добились своего.

В январе 1982 года в помещении Дома политического просвещения Северо-Осетинского обкома КПСС состоялся пленум обкома партии. На повестке дня стоял вопрос об антиобщественных выступлениях в г. Орджоникидзе 25-27 октября 1981 года. Данное событие уже был подробно обсужден в ЦК партии и секретарь ЦК П. Капитонов и куратор ЦК по Северному Кавказу В. Бессарабов приехали в Осетию с уже готовым решением об освобождении от должности Билара Кабалоева. Собственно,

это была не та причина, из-за которой нужно освобождать проверенного многолетней деятельностью лидера. В других регионах тоже, нет-нет, да происходили события идеологического толка, но в ЦК партии, видимо, решили тем самым прекратить и многочисленные анонимные жалобы в свой адрес.

В 1982-1987 годах Б.Е. Кабалоев был генеральным консулом СССР в Эрдэнэте, Монголия, а затем ушел на заслуженный отдых и жил во Владикавказе.

В 1982 году консульство было преобразовано в Генеральное консульство, и все ждали, кого нам пришлет Москва? В те времена и фигура консула была куда более значительна, и накопившиеся проблемы в советских организациях были столь серьезны, что только весьма опытный, авторитетный и мудрый руководитель смог бы взяться за решение этих дел. Поэтому для сотрудников Генконсульства стало вполне объяснимым и понятным назначение на должность генерального консула первого секретаря Северо-Осетинского обкома, или, проще говоря, руководителя автономной республики. В этой должности Б. Кабалоев к тому времени проработал более 20 лет, что было достаточно редким явлением в СССР. Он хорошо знал об этой стране из рассказов своего друга генерала армии И. Плиева, воевавшего здесь в 1945 году против самураев.

Поначалу наши соотечественники воспринимали 65-летнего генконсула как ссыльного, который никаких новых шагов делать не будет, а возьмет за кредо тихо, спокойно доработать до пенсии. Кабалоев первые дни много ходил пешком по городу, изучал обстановку, а потом собрал сотрудников и попросил совета по ряду вопросов. С некоторыми он иногда общался по 2–3 часа на дню, просил подобрать все, что можно было прочитать на русском языке из монгольской литературы и заставлял всех, в том числе и техсостав, ежедневно заслушивать 30-минутные обзоры монгольской прессы, которые я готовил.

Из проблем, касавшихся жителей города, болезненными и спекулятивными были две: доступ в советские магазины для монгольских граждан и возможность обучения монгольских детей в советских школах вызывало сильное раздражение. Кабалоев встретился с городскими властями и решил проблемы. Благодаря генконсулу изменилось отношение к постоянно проживающим советским гражданам, или, как их часто называют, «местным русским». Большую часть времени сотрудников Генконсульства занимали проблемы, командированных советских специалистов, для них мы были и «горсоветом», и «горкомом», и «правоохранительными органами». В те времена существовал порядок, согласно которому семьи советских специалистов из республик Кавказа должны были оставлять хотя бы одного ребенка на родине, а выезжать в командировку неполными семьями. Видимо, таким образом хотели пресечь попытки людей сбежать или остаться семьями за границей. Но куда бежать из Монголии?! Но инструкция есть инструкция, и до приезда Кабалоева консульство как-то не задумывалось над этой темой. А семьи страдали. Генконсул нашел выход - все просто стали вписывать в паспорта родителей всех детей, и они во время первого отпуска привозили их в Эрдэнэт. Вроде мелочь, но сотням семей так помогали восстановить душевное спокойствие.

К нашим военным со стороны Центра отношение было зачастую плевое. Даже был такой пример: у прапорщика, привозившего из СССР новобранцев в советском ОВИРе была сделана запись: «Прапорщик плюс сто человек». То есть, живых людей просто считали и отправляли по головам без имен.

Время от времени возникали проблемы с советскими специалистами на монголо-советской границе. Разобраться, кто прав или виноват – советские пограничники или специалисты, – было почти невозможно. Генконсул предложил своему сотруднику поехать в Наушки, как частное лицо, и посмотреть на все самому. Об этой миссии, кроме него, никто не знал. Несколько дней потолкавшись на станции Наушки, он получил более-менее ясную картину, знание которой помогло добиться пристойного отъезда специалистов на родину. Ведь не секрет, что многие напивались так, что по дороге до Москвы теряли все, что могли. И пограничники в той нашей державе с уважением и пониманием отнеслись к нашим требованиям, причем договорились жить дружно.

Об огромном авторитете в среде политического бомонда, а также населения страны говорят огромное количество адресных папок и телеграмм, поступивших Билару Емазаевичу к его юбилеям. Тогда же Президент Кабардино-Балкарии Валерий Коков направил ему правительственную телеграмму, полную искреннего уважения к делам и заслугам своего прославленного земляка и коллеги:

 «Глубокоуважаемый Билар Емазаевич!

Вы прошли достойный и славный трудовой путь. На Вашу долю выпало много испытаний. Народы Кабардино-Балкарии не забудут Ваш вклад в подготовку национальных кадров в период работы в Кабардино-Балкарском пединституте; мужество, проявленное в период Великой Отечественной войны, в бытность комиссаром батальона по строительству оборонительных сооружений в районе г. Прохладного; активное участие при формировании 115-й Кабардино-Балкарской кавдивизии.

В тяжелые послевоенные годы, возглавляя молодежную органи­зацию республики, а затем работая зав. отделом, секретарем обкома КПСС, Вы внесли крупный вклад в восстановление разрушенно­го войной народного хозяйства Кабардино-Балкарской Республики.

Родившись в с. Анзорей и вобрав в себя лучшие качества и традиции кабардинского, осетинского и балкарского народов, Вы с честью и достоинством возглавляли многие годы партийную орга­низацию Северной Осетии, отдали много сил и энергии всемерному развитию экономики республики, расцвету культуры, повышению благосостояния народа, дальнейшему укреплению многовековой дружбы между осетинским и кабардино-балкарским народами.

В день Вашего юбилея от имени народа Кабардино-Балкарии и себя лично искренне желаю Вам, дорогой Билар Емазаевич, крепкого здоровья, долгих лет жизни, большого счастья Вам и Вашей семье!

С уважением, В. КОКОВ»

И следующая телеграмма, но уже к следующему юбилею – к 85-летию со дня рождения. Она более лаконичная, но не менее уважительная и дружелюбная, как и следует направлять человеку, который пользуется непререкаемым авторитетом кабардинского, балкарского и осетинского народов:

«Глубокоуважаемый Билар Емазаевич!

Вы своей жизнью и работой снискали себе глубокое уважение и высокий авторитет как в Северной Осетии- Алании, так и себя на родине - в Кабардино-Балкарии.

Вы, дорогой Билар Емазаевич, прошли достойный и славный трудовой путь, на Вашу долю выпало много испытаний.

Вобрав в себя лучшие качества осетинского народа, Вы никогда не забывали о традициях кабардинского и балкарского народов, Вы с честью и достоинством возглавляли многие годы партийную организацию Северной Осетии, отдали много сил энергии развитию экономики республики, расцвету культуры, повышению благосостояния народа, дальнейшему укреплению многовековой дружбы между осетинским и кабардинским и балкарским народами.

С уважением, Валерий КОКОВ,

Президент Кабардино-Балкарской Республики».

Приводить здесь все тексты полученных им поздравлений, конечно же, невозможно, да и нет необходимости, но также невозможно без внимания оставлять и поздравление, пожалуй, самого именитого осетина на свете, В. Гергиева:

«Дорогой Билар Емазаевич!

Я глубоко уважаю Вас и считаю себя во многом Вам обязанным...

Особенно хочу отметить Ваше отеческое внимание и постоянную заботу о деятелях культуры как на земле предков, так и за ее пределами. Бесспорно, целая славная веха в истории осетинского народа связана с Вашим именем и делами».

Когда знаменитый на весь мир Валерий Гергиев пишет об отеческом внимании к деятелям культуры со стороны Б. Кабалоева, возможно он имеет ввиду письмо, с которым Билар Емазаевич, в бытность его первым секретарем Северо-Осетинского обкома КПСС, обратился к другому знаменитому дирижеру – Юрию Темирканову с просьбой взять опеку над В. Гергиевым. И Юрий Хатуевич до последнего принимал живое участие в судьбе младшего коллеги. Данное письмо хранится в настоящее время в стенах УЦДНИ Архивной службы КБР. Похоже, Валерий Абисалович, как глубоко порядочный человек, не забыл заботу старшего товарища.

За пределами прямых обязанностей, Б.Е. Кабалоев всегда был активен. Он избирался депутатом Верховного Совета СССР и Северо-Осетинской АССР. Не раз был депутатом Верховного Совета Кабардино-Балкарии, делегатом партийных съездов и конференций, членом Центральной Ревизионной Комиссии КПСС (1961—1966), кандидатом в члены ЦК КПСС (1966—1986).

Деятельность Кабалоева была высоко оценена Отечеством. Он награжден двумя орденами Ленина, орденом Октябрьской революции, тремя орденами Трудового Красного Знамени, многими медалями и государственными наградами ряда зарубежных государств. Но, пожалуй, самую ценную и совершенно заслуженную награду - орден "Во славу Осетии" - он получил из рук Александра Дзасохова в день 85-летия. Эта высшая награда Республики Северная Осетия-Алания учреждена совсем недавно, а «за большой личный вклад в социально-экономическое и культурное развитие Осетии и многолетнюю плодотворную общественно-политическую деятельность» стал ее лауреатом номер 1.

Он умер 1 апреля 2009 года во Владикавказе, Республика Северная Осетия-Алания. Похоронен на Аллее Славы во Владикавказе. В доме, где жил Билар Кабалоев установлена мемориальная доска, в новом микрорайоне северо-западной части города улица названа именем Билара Кабалоева. У него есть сын Кабалоев Заур Биларович и дочь Кабалоева Залина Биларовна.

Б.Е. Кабалоева вспоминают:

Кебеков В.С., руководитель фракции в Парламенте КБР, руководитель Кабардино-Балкарской региональной общественной организации «Осетинский национально-культурный центр «Ныхас»:

Период деятельности Билара Емазаевича первым секретарем Северо-Осетинского обкома КПСС стал периодом значительного усиления братства и дружбы между двумя республиками и их народами. Возможно, в основе такого укрепления дружбы и добрососедства лежит личные добрые взаимоотношения лидеров двух республик, о которых я хорошо осведомлен. Но главная причина кроется в том, что Билар Емазаевич всегда сыновней любовью любил Кабардино-Балкарию и больше всего хотел братских отношений с ее не менее любимой Осетией.

Эти два великих человека – Т.К. Мальбахов и Б.Е. Кабалоев проводили в этом ключе большую работу и требовали того же от подчиненных, внушали своим близким, что работу по углублению братских связей прекращать нельзя.

Я имел счастье близко общаться с этими великими людьми после того, как они уже находились на заслуженном отдыхе. Часто привозил из Владикавказа Билара Емазаевича к Мальбахову. Они подолгу беседовали, вспоминая прошедшие годы и искренне радовались, что у них есть последователи, что братские связи Осетии и Кабардино-Балкарии развиваются.

Лагкуев В.М., осетинский бизнесмен и общественный деятель, председатель межнационального движения «Наша Осетия», член Общественной палаты России:

Билар Емазаевич Кабалоев был масштабной личностью, обладавшим неимоверно высоким авторитетом в Осетии и далеко за его пределами. В те годы немногие понимали, зачем нужно было тратить столько сил и средств на строительство Транскавказской магистрали с преодолением невиданного сопротивления грузинских властей. И лишь теперь стали понятны мысли умного и продвинутого руководителя, который опередил время на десятилетия вперед.

Будучи первым секретарем обкома у Билара Емазаевича на переднем крае забот всегда было общее, общественное. Никто никогда не видел и не слышал, чтобы он свое личное или проблемы родственников ставил во главу угла.

Я хорошо помню его действия, когда в 70-х годах с прилавков магазинов стали понемногу исчезать продовольственные товары повседневного спроса. Помню, потому что в тот период возглавлял Орджоникидзевский горкоопторг. В магазинах города выстраивались длинные очереди за мукой, сахаром, маслом, сыром. Особенно плохо дела обстояли со снабжением мясом. Билар Емазаевич лично объезжал магазины и рынки, пока досконально не изучил обстановку. После этого он стал требовать от нас, руководителей торговли, чтобы мы больше скота закупали в других регионах. Он не только требовал и контролировал, но и помогал торговым организациям. В частности, провозить живой скот через некоторые регионы запрещали их ограничения, а он разговаривал с руководством регионов, а также Грузии и автомашинам с грузом для Осетии давали зеленый свет.

Таких примеров много. Я считаю, что Осетии повезло, что у ее руля, на протяжении многих лет, стоял такой умный, деятельный и влиятельный человек.